3lobotryasov (3lobotryasov) wrote,
3lobotryasov
3lobotryasov

нечто эотическое

В то утро я надел треники с пузырящимися коленками, майку a-la «коммунальное чмо»,

вооружился старой отверткой и принялся заворачивать шурупы.  

 

Но крестообразная отвертка была слишком толстой,  бороздки шляпок чересчур

тонкими, из-за чего шурупы не  ввинчивались,

их шляпки гнулись,  кончик отвертки предательски

съезжал и царапал лакированное дерево.

 

Наконец я не выдержал и, не переодевая

треников, отправился в хозяйственный магазин за подходящим инструментом...

    

Ты выпорхнула из кафе, что в квартале от моего дома и направилась

той же дорогой, что шел я, чуть впереди. Ты вышагивала, легонько
 цокая шпильками неверных каблучков, кажется, напевая что-то,
гриву каштановых волос твоих ласкал невинный ветер, мой компас, вдруг,
 сойдя с ума, хаотично заиграл всеми стрелками, всполошился, запутался,
 будто  сбитый с толку здоровенным магнитом, потом, наконец, определился
и выдал директиву: да-да, сюда...
 
И я, позабыв про бороздки шляпок и царапки на дереве, услышал этот призыв. 
Я вдруг почувствовал себя ледоколом, который обязан растолкать прочь
 
белесые торосы холодеющей повседневности, выйти на искреннюю полынью

 Ее Величества Свободной и Чистой Любви и быть если не Посвященным Ее,
то хотя бы покорным слугой или прочим ничтожеством…        
 
Вот ты остановилась  у киоска с мороженым и купила пломбир за 22 рубля.
Я имел счастье стоять рядом, я услышал серебряный голос твой, -  ты ведь 
так и сказала: «За 22, пожалуйста», потом,  нечаянно задев мою руку
своим обнаженным предплечьем, слегка растерялась и потупила взор.
Вдохновленный этим,  я мысленно повалился на  пузырящиеся колени 
треников и, воздев к небесам недостойные взгляда Твоего корявые лапы, зашептал:
     
Тело твое источает волшебное  сияние  
Оно -  дивный  образ прекрасного, что есть во Вселенском биохимическом 
процессе, святое и непревзойденное явление матери-природы.
О, Богиня моя,  созданная не руками грубияна-скульптора или похотливыми 
мазками пьяницы-художника, но состоящая из живых и капризных клеточек,
содержащих ядрышки, цитоплазму, комплексы Гольджи и прочие таинственные
включения… 
Мой  взгляд  - не взгляд, но бесстыжая рентгеновская пушка, что нежно
 постреливает по тебе, не раня, впрочем, ничего: ни слабых оборонительных
редутов одежды, ни стройных берцовых устремлений, ни прямых и косых мышц
 чудесного абдомена, ни вулканических сосков, ни истинных и ложных ребер,
ни игривого пупка, ни тайную бугристость между медиальными частями бедер. 
Я вижу, как  переливаются драгоценные меха широчайшей мышцы спины под атласом
  кожи,  как упруго колышутся гордые  ягодицы, как исходит ароматной
 свежестью персиковая грудь..
Какое   непередаваемое счастье припасть, ( присосаться? – О-о-о!) 
дрожащими губами к этим желанным анатомическим частям, выпуклостям и щелочкам  !
 Счастье, от которого можно отправиться ад патрес  без сожалений!
 
Вкусить медовый пот тела, пройтись по сахарной  тропинке белой линии живота,
  ощутить терпкую сладость лобкового сочленения…
 
«...напиться  вина  и молока…." 
 
Все смешалось в потрясенном сознании моем: и «Волшебная гора», и «Имя Розы»  
и «Песни песней»…
 
 

 Я открыл глаза,

 

Я почти не  понимал, что она говорит. Ее произношение сильно
отличалось от  того «аканья»,  к которому я  привык. 
Я собрался и попытался понять, что происходит.

- А, привет,- услышал я голос.

К Ней подошла подруга.

- Ты откуда?,- спросила Она.

- Я из парикмахерской - отвечала подруга. – А ты?

- Да из тошниловки. Обожралась чебуреками. Сейчас

весь унитаз на хуй обосру...

 

 Я просеменил мимо.

 Хозяйственный магазин с отверткой был совсем близко.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 23 comments